Мекканский договор о совместной обороне открывает триаду «финансы — промышленность — ядерная энергетика», где ядерная энергетика выступает одним из направлений энергетической безопасности среди шести экономических путей

7 августа Саудовская Аравия, Турция и Пакистан подписали в Мекке «Договор о совместной обороне»; на церемонии присутствовали наследный принц Саудовской Аравии бен·Сальман, президент Турции Эрдоган и премьер-министр Пакистана Шахбаз·Шариф. Договор впервые объединяет в единую рамку финансовый вес Саудовской Аравии + военно-промышленную и производственную базу Турции + ядерный и военный опыт Пакистана, предусматривая, что вооружённое нападение на любое государство-участник рассматривается как нападение на всех, а также охватывает совместную оборонную промышленность, обмен технологиями и координацию планирования учений. Саудовские официальные лица уточнили, что договор не направлен на создание военной оси, религиозного блока или гонки ядерных вооружений, а нацелен на формирование собственных устойчивых возможностей.

«The New Arab» со ссылкой на анализ IISS, Chatham House и Reuters/AP обобщает шесть возможных экономических путей, открываемых договором: локализация оборонной промышленности, расширение двусторонних инвестиций, энергетическая безопасность, торговые коридоры и цепочки поставок, передовое производство и передача технологий, трёхсторонняя экономическая интеграция. Среди них путь «энергетической безопасности» напрямую затрагивает ядерную энергетику — Саудовская Аравия зависит от стабильности нефтяного экспорта, Турция и Пакистан — от импорта энергоносителей, а после сбоев в судоходстве через Ормузский пролив и Красное море защита критической энергетической инфраструктуры становится ключевым мотивом; исследование IISS от февраля 2026 года отмечает, что стратегическое оборонное соглашение Саудовской Аравии и Пакистана от сентября 2025 года уже предусматривало намерение оживить двустороннюю торгово-экономическую и инвестиционную деятельность, а присоединение Турции расширяет охват на передовые технологии, инжиниринг, логистику и НИОКР; ядерное сотрудничество может быть включено как подпункт «гражданской энергетической безопасности + передачи технологий», однако в тексте Мекканского договора не прописано никаких конкретных реакторов, ММР, поставок урана или положений соглашения 123.

AP цитирует пакистанского оборонного аналитика Абдуллу·Хана, который заявляет, что договор повышает традиционное оборонное сотрудничество до уровня «институционального партнёрства», а наиболее реалистичным торгово-экономическим эффектом станет углубление разработки вооружений и технологий, а не масштабное размещение войск; Киннир из Verisk Maplecroft полагает, что саудовский капитал будет направляться в новые производственные линии, НИОКР и передачу технологий Турции и Пакистана, формируя трёхстороннюю цепочку создания стоимости. Ядерная энергетика в этой цепочке — не главный элемент, а одна из составляющих «корзины энергетической безопасности» — аналогично упомянутым ранее «10-миллиардному пакету безопасности Колумбии с попутным упоминанием гражданского ядерного направления» и «открытости ANDE Парагвая к ММР», это упоминание на уровне политического перечисления, без площадок, лицензий или механизмов финансирования.